Далекая страна - Страница 606

606

— Так и веди себя, как личность, — предложил Мирон. — Не занимайся тупым исполнением заложенной программы, а развивайся.

— Я захватил это тело!

— А толку? — присоединился я к Мирону. — Ты так и будешь лежать связанным, если понадобится, то всю оставшуюся жизнь. Это развитие?

— Это не моя вина!

— А чья?! — взорвался Стил. — Ты занял мое тело! Пленил меня!

— Это моя программа, — неуверенно ответил Дхарм.

— Ты же личность, — напомнил Мирон. — А личность не может существовать без свободы и уж точно не действует по каким-то там программам.

Дхарм стоял и пялился на нас, явно не зная, что сказать. Сильно сомневаюсь, что в его личность закладывали возможность вести философские диспуты.

— Что ты предлагаешь? — наконец спросил Дхарм.

— Попробуй сосуществовать со Стилом, раз уж так сложилось, что вы живете в одном теле. Учись, развивайся. Может, ты и мертворожденный, но теперь-то живешь полноценной жизнью. Точнее, можешь жить, если вы со Стилом договоритесь.

Как-то это выглядело слишком просто.

— Я не хочу с ним сосуществовать, — раздраженно сказал Стил, повернувшись к Мирону. — Зачем мне здесь эта тварь?

— Если я попытаюсь его убить, то можешь пострадать и ты, — пояснил Мирон. — А вот если он добровольно согласится сосуществовать с тобой, то я смогу установить для него ряд ограничений, с которыми он не сможет бороться.

— Например? — заинтересовался Стил.

— Он не сможет захватить твое тело, но у него будет возможность занимать его при твоем разрешении. Вы будете сосуществовать, а когда-нибудь Зак придумает способ освободить Дхарма и найти ему новое тело. Разумеется, при хорошем его поведении.

Какая вера в мои способности. Или он просто хочет запудрить мозги бедной искусственной личности? Да, как же я мог забыть, Мирон ведь не может напрямую вмешиваться в дела нашего мира, а значит, и убивать шатерца не станет. Это блеф!

— Значит, у меня будет свое тело? — осторожно спросил Дхарм.

— Не сразу, — напомнил Мирон. — Но личности должны уметь договариваться для взаимной выгоды.

— Я согласен!

Что ж, этому Дхарму год-два от роду, обмануть его так же легко, как ребенка. Но Мирон определенно молодец, я бы до такого никогда не додумался.

Стил наклонился ко мне и прошептал:

— Он точно знает, что делает?

— О да, — заверил я друга. — Во всяком случае, Мирон разбирается в этом явно лучше нас.

В итоге Хранитель заставил Дхарма повторять за собой основные правила: никогда не брать под контроль тело Стила без его разрешения, не влиять на его мысли и не обманывать Стила. Три несложных правила, гарантирующих сохранение рассудка моего друга.

— Что ж, нам пора возвращаться, — сказал Мирон. — И у тебя, и у меня еще много дел. Закрой глаза.

— Стил, скоро увидимся, — сказал я, прежде чем закрыть глаза.

А затем мы с Мироном вновь вернулись в астрал.

— Спасибо, — горячо поблагодарил я Хранителя. — Без тебя я бы ничего не смог сделать.

— Это было забавно, — отмахнулся Мирон и вдруг застыл, словно прислушиваясь к чему-то. — Слушай, я чувствую какое-то возмущение в пространстве. Здесь скоро что-то произойдет, я бы на твоем месте не торопился возвращаться в свое тело и как следует осмотрелся по сторонам.

— Что значит возмущение в пространстве? — переспросил я. — Ты о чем вообще?

Мирон некоторое время водил носом, словно принюхиваясь, затем жестом велел следовать за ним и вышел из дома сквозь стену.

— Видишь ли, в чем дело, в астрале слышны не только звуки реального мира, — сказал он, когда я присоединился к нему. — Здесь можно почувствовать эмоции и намерения других астральных сущностей, и сейчас я чувствую приближение одной из них с сильной жаждой убийства. Пройдись по округе, вдруг кого-нибудь увидишь.

Признаюсь, Хранитель меня слегка напугал.

— А ты?

— А я и так слишком увлекся помощью тебе, это противоречит правилам.

— Что ты так носишься с этими правилами? — озадаченно спросил я. — Я никому не расскажу, что ты мне помогал.

— При чем тут расскажешь ты или нет, — отмахнулся Мирон. — Здесь дело скорее в правилах мироздания. Если ты переместишься в другой мир по собственному желанию, то первое время он старается избавиться от тебя, но потом успокаивается. В этом и есть особенность так называемых Людей Судьбы, они могут прижиться в новом для них мире. Но вот если ты вновь начнешь активно вмешиваться в события, то это приведет к тому, что мир возьмется за тебя всерьез.

— Ты так говоришь, словно каждый мир — это живое существо, — сказал я, оглядываясь по сторонам.

— Нет, конечно. Скажем так, в каждом мире есть определенный установившийся порядок вещей. Нет, лучше так: каждый мир окутывает информационное поле, любое вмешательство в которое запускает защитную реакцию. Привнесение технологий, мыслей или действий из других миров автоматически считается вторжением.

Разумеется, я об этом уже слышал. Об особенностях Людей Судьбы, которые могут влиться в это самое информационное поле и стать в мире «своим». Но вот сообщить о том, что в чужом мире лучше лишний раз не рыпаться, чтобы вновь не стать инородным телом, мне почему-то забыли. Хотя кое с чем это все же не сходилось…

— Мирон, ты же рассказывал, что попал в другой мир, стал рабом, потом наемником, убил какого-то бога… это едва ли вписывается в политику «тише воды, ниже травы».

606